Три гроба [Литрес] - Джон Диксон Карр

мертвой в комнате, дверь которой находится под наблюдением. Убийца либо переодевается в свою жертву, либо его со спины принимают за жертву, а потом быстро входит внутрь этой комнаты. Там он мгновенно переодевается и тут же выходит из комнаты уже в своем истинном обличье. Создается иллюзия, будто они с жертвой вошли и вышли по очереди. В любом случае у него появляется алиби: когда тело обнаруживают, предполагается, что убийство произошло спустя некоторое время после того, как «жертва» вошла в комнату.

6. Это убийство, совершенное человеком, который находился вне комнаты, при этом оно выглядит так, будто его совершили именно внутри.

Для ясности, – сделал отступление доктор Фелл, – я назову этот тип убийства в нашей классификации «Убийством на расстоянии» или «Сосулечным убийством», потому что обычно в эту категорию входят вариации именно этого принципа. Я уже упоминал сосульки, поэтому вы понимаете, что я имею в виду. Дверь заперта, окно слишком маленькое, чтобы в него пролез убийца; однако жертва была явно заколота внутри комнаты, при этом орудие убийства отсутствует. Дело в том, что она была убита сосулькой, которой выстрелили как пулей. И разумеется, лед растаял. Сейчас мы не будем обсуждать, насколько это выполнимая на практике идея, равно как и придумка с загадочными испарениями, которую я упоминал ранее. Если я не ошибаюсь, первым автором, который использовал этот трюк в детективной литературе, была Анна Кэтрин Грин в романе под названием «Только инициалы».

(Кстати говоря, она была ответственна за становление нескольких литературных традиций. В своем первом детективном романе, который вышел больше пятидесяти лет назад, она ввела в литературный обиход легенду о кровожадном секретаре, убивающем своего работодателя. Я думаю, современные статистические подсчеты подтвердят, что секретарь до сих пор является самым часто встречающимся убийцей в детективах. Дворецкие уже давно вышли из моды; инвалид-колясочник слишком подозрителен; миловидная старая дева давно перенаправила свою энергию на то, чтобы самой сделаться детективом. Врачи в наше время тоже стали вести себя гораздо приличнее, за исключением тех случаев, когда они приобретают известность и превращаются в Безумных Ученых. Юристы, несмотря на свою жуликоватость, редко оказываются по-настоящему опасными. Однако все циклы повторяются! Восемьдесят лет назад Эдгар Алан По разоблачил убийцу под дружелюбной фамилией Гудфелло106; и самый популярный автор наших дней сделал абсолютно то же самое, назвав отпетого злодея Гудмэном. Секретари же и по сей день остаются наиболее коварными домочадцами.)

В продолжение темы с сосульками: первое реальное использование сосульки в качестве орудия убийства приписывается Медичи. А в одной из историй замечательной серии о Флеминге Стоуне107 автор цитирует эпиграмму Марциала, подчеркивая, что этот способ впервые появился в Риме, в первом веке нашей эры. Сосульками стреляли из огнестрельного оружия, их метали, а в одной из историй о Гамильтоне Клике108 убийца выстрелил сосулькой из арбалета. Кроме того, в качестве вариации на тему растворяемого снаряда использовались соляные пули и даже пули из замороженной крови.

Приведенные примеры иллюстрируют только убийства, совершенные внутри комнаты человеком, находящимся снаружи. Есть и другие методы. Убийца закалывает жертву тонким лезвием, привязанным к палке, – просовывает его в щель плетеной беседки, а потом вытягивает обратно. Убийца так аккуратно закалывает жертву тончайшим лезвием, что человек успевает пройти в другую комнату и там неожиданно падает замертво. Убийца подманивает жертву к окну, до которого невозможно добраться снизу, и делает так, чтобы сверху ей на голову упала сосулька, – череп раскроен, орудия убийства нет, потому что оно растаяло.

Под эту же категорию попадают убийства, совершенные при помощи ядовитых змей и насекомых, хотя их с тем же успехом можно указать под номером 3. Змей не только прячут в сундуки и сейфы, но и ловко подсаживают в цветочные горшки, в книги, на канделябры и трости. Мне тут даже вспомнился один очаровательный рассказ, в котором янтарный чубук трубки, гротескно вырезанный в форме скорпиона, превращается в настоящего скорпиона как раз в тот момент, когда жертва собирается курить. Однако в качестве самого гениального произведения за всю историю детективной литературы я рекомендую вам рассказ Мэлвилла Дэвиссона «Тайна Думдорфа», джентльмены. В нем далеким убийцей оказывается само солнце. Лучи бьют в окно запертой комнаты, как через увеличительное стекло проходят сквозь стоящую на столе бутылку с фирменным «Думдорфовским древесным спиртом» и поджигают пистон патрона ружья, висящего на стене: пуля летит прямо в грудь ненавистного человека и убивает его, пока он лежит в собственной постели. (Пожалуй, к «величайшим недосягаемым шедеврам высшего класса», помимо этой истории, можно причислить такие замечательные произведения, как «Руки мистера Оттермоула» Томаса Берка, «Человек в проулке» Честертона и «Загадка камеры 13» Жака Фатрелла.) Потом, опять же, есть…

Так. Пора немного притормозить, м-да. Ха. Мне лучше не увлекаться. Пожалуй, я закончу классификацию последним пунктом:

7. Это убийство, организованное с точностью до наоборот, чем в пункте 5. Предполагается, что жертва умерла гораздо раньше, чем на самом деле. Жертва спит в запертой комнате (под воздействием снотворного, но живехонькая). Стуком в дверь никак не разбудишь. Убийца начинает разыгрывать спектакль, поднимая тревогу; выламывает дверь, попадает внутрь раньше всех, перерезает жертве горло, потом убеждает сторонних наблюдателей в том, что они видели то, чего на самом деле не было. Этот прием был изобретен Израэлем Зангвиллом и с тех пор использовался неоднократно. Убийства в таком стиле были обыграны в самых разных обстановках: на корабле, в разрушенном доме, в оранжерее, на чердаке и даже на открытом воздухе. В последнем случае жертва сначала запинается и падает, а потом убийца наклоняется над ней и незаметно довершает свое дело. Так…

– Полегче на поворотах! Подождите! – встрял Хэдли, стуча по столу, чтобы привлечь внимание. Доктор Фелл, мышцы красноречия которого хорошо разогрелись, добродушно повернулся к нему с сияющей улыбкой. Хэдли продолжил: – Все это очень интересно. Вы разобрались со всеми ситуациями, которые могут случиться в запертой комнате…

– Со всеми? – доктор Фелл насмешливо фыркнул, широко раскрывая глаза. – Разумеется, я не перечислил и половины. Я набросал лишь примерную схему, даже в пределах этой грубой классификации методы недостаточно четко описаны. Но пока пусть будет так. Я собирался начать разговор о другой классификации, а именно о способах создать впечатление, что окна и двери заперты изнутри. Хмпф. Ха! Так что, джентльмены, я продолжаю…

– Нет, пока что не продолжаете, – настоял Хэдли с угрюмым упрямством. – Я с вами поспорю на вашей же территории. Вы утверждаете, что нам удастся напасть на след, изучив различные способы, с помощью которых можно было осуществить этот трюк. Вы перечислили семь пунктов,